Или от наименования поселка Сайга, или по другой аналогии, но так 30 годов назад строители жд ветки метко назвали то место, через которое им пришлось проложить путь поездам. Непроходимое болото и тайга стенкой - через их была проложена линия, благодаря которой живет целый район в Томской области...
- Без стальной дороги не было бы поселка, - говорит Галина Жавнорович, жительница поселка Улу-Юл, что меж Асином и Белоснежным Конкретном в Томской области, - мы ведь как жили, когда дорогу строили: заместо дома - вагончик. Грязищи было - перейти нереально, но брали болотники и шли. А в зимнюю пору мороз доходил до минус 50! Так и строили: и в дождик, и в снег. Да, жили тяжело, но зато забавно!
Отрезок стальной дороги от станции Асино до станции Белоснежный Яр - это 185 км болотистой тайги. Дорога обязана была стать артерией для перевозки кетско-чулымского леса на стройки Западной Сибири.
Стройку шло "через не могу": вопреки погоде и отсутствию техники. Виктор Кашкаров, начальник стройки в 1966-1970 годах, ассистент члена Совета Федерации от Томской области: "Начальником мостопоезда я стал в 27 лет. Стройка тогда, в 1966, прошла обжитые местности Асиновского и Первомайского районов и уперлась в непроходимые болота. От поселка Комсомольск до белоснежного Яра оставалось еще 130 км - и ни 1-го населенного пт меж ними. Схема строительства была выбрана "классическая": вдоль будущей стальной дороги сооружалась временная автодорога с древесными искусственными сооружениями и песочным покрытием. И даже таковая дорога становилась непроходимой после хоть какого дождика. Вся техника двигалась лишь при помощи тракторов. А рабочих перевозили на щите трелевочного трактора".
На той стройке успели поработать почти все. В 1966 приехали студенты из Новосибирского техникума жд транспорта, в 1967 - студенты из Томского инженерностроительного института. С начала 70-х нередко приезжали стройотряды из Кишиневского политехнического института. Навряд ли тогда ктото думал, что строители "дорастут" до директоров и академиков. Как, к примеру, Геннадий Месяц, сейчас вице-президент Русской академии. Он тоже начинал собственный трудовой путь в этих болотах.
В 90-х годах, когда лесозаготовка закончила "подкармливать", обитатели почти всех сибирских поселков утратили работу. Жизнь застыла не только лишь в домах сельчан - сама стальная дорога в этих краях чуток не прекратила свое существование. Спохватились впору...
Все соображали, что вроде бы ни было тяжело сохранить металлическую дорогу, вернуть ее позже будет еще тяжелее. Тогда на поддержание дороги "скидывались" и железнодорожники, и областные власти. И субсидии, и другие формы поддержки - все было за 10 лет.
Практически переломный момент наступил совершенно не так давно: когда по области пошло повышение добычи леса и начался подъем лесного хозяйства в целом. Спустя 30 лет со дня ввода в эксплуатацию стальной дороги, соединяющей две станции, дорога пережила свое 2-ое рождение.
- Тогда ведь как было, - вспоминает Герман Волостнов, один из числа тех, кто воспринимал роль в строительстве дороги, - необходимо было от Белоснежного Яра до Сайги, станции, которую мы все Сайгоном называли, прорубить 50 км дороги. Да еще за каждый километр отчитаться. Лихачев приезжал от варианта к случаю, ему прямо к машине болотники принесут, он пройдет, поглядит все. Выберет для себя жертву, отчитает ее. Как стройку шло - этого он не лицезрел. Это вот мы лицезрели, те, кто на данной дороге жил.
К 30-летию ветки обитатели поселка Белоснежный Яр получили подарок - на сто процентов отремонтированный вокзал. О том, какой ценой людям достались блага цивилизации в виде жд полосы, сейчас помнят лишь старики. Молодежь все это принимает как подабающее, как как будто постоянно так и было...